Исповедь лесоруба – "ВЗМОРЬЕ" – газета Шкотовского муниципального района
Чт, Окт 9, 2014

Исповедь лесоруба

История, о которой я хочу рассказать, произошла десять лет назад, когда первые признаки распада уже витали над всеми сферами лесохозяйственной деятельности. Правда, Шкотовский лесхоз успел отстроить себе добротную двухэтажную контору, и работники всех служб федерального госучреждения с довольными лицами разместились в своих кабинетах. Замелькали мониторы новеньких компьютеров, ловко защелкали по клавиатурам пальцы инженеров, верстая производственный план на будущий год. В то время лесхозы выполняли довольно большие объемы по лесовосстановлению, противопожарным мероприятиям, лесоохране. А осенью, в ожидании лесорубочных билетов, ладили свою технику и инвентарь десятки бригад лесозаготовителей… Участок под лесосеку подобрали в тенистом распадке, вблизи безымянной притоки ключа Солонцового. Оконтурили угловыми столбами и визирами,, привязав по всем правилам науки территорию лесоповала. И уже на следующий день молодой лесничий бойко перебегал от дерева к дереву, помечая клеймом те, которые, по его разумению, должны быть спилены в ходе лесосечных работ.

Перебирая в памяти характеристики подлежащих к рубке деревьев, он с усердием плотника-краснодеревщика вонзал молоток с оттиском «звездочка» в ошкуренные лапы осин, дубов, ясеней и берез,, отчего с каждым ударом его форменная фуражка сползала на самый нос. Однако ближе к вечеру пылкий задор иссяк. Лесничий все чаще опускался на какую-нибудь валежину и с гордым видом (как ни как – дипломированный специалист) смахивал капли со лба.

- Как думаешь, Фомич, -окликнул он пожилого бригадира, стоявшего чуть поодаль, – может, хватит? Процентов двадцать пять от запаса уже отстучали. Да ты меня совсем не слышишь, старина! Не захворал ли, часом?

- Может, и хватит. Ты лесничий – тебе виднее, – задумчиво протянул Андрей Фомич.

- Ладно, Антон, заканчивай. И, едва взглянув на ведомость перечета, медленно побрел к машине.

Меня заинтересовал этот странный разговор, и я спустился вниз по косогору.

- Что это с Фомичом? -спросил я лесничего.

- Сам не пойму, то ли обиделся на что, то ли заболел, – пожал плечами Антон. – С утра был приветлив и собран, а сейчас словно подменили. Надулся, как индюк, молчит, как рыба, – продолжал он, с юморком подбирая сравнительные эпитеты.

Я понимал, что рабочие отношения в лесу не обременены условностями. Здесь все по-простому..

- Впрочем, и «выкать» друг другу лесники не привыкли, – уже вслух рассуждал я, изучая «перечетку». – Что ж, пошли за ним.

Мы догнали бригадира на пологом склоне в куртине перестойных дубов-исполинов. В свои шестьдесят четыре года он выглядел молодцом: твердая походка, крепкие натруженные руки, цепкий взгляд, да и здоровьем Бог не обидел. Только легкая сутулость да изборожденное морщинами лицо выдавали накопившуюся тяжесть прожитых лет. Он стоял под кронами деревьев и похлопывал по кряжистой, трещиноватой коре, повторяя чуть слышно: «Все зря, все напрасно». Было видно – что-то надломилось в душе старика.

Всю дорогу домой ехали молча. Лишь однажды Фомич обратился к водителю:

- Валера, тормозни у «Эвереста», а ты, Антоха, как самый молодой, сбегай, возьми, что-нибудь. к чаю, – хитро намекнул он, – говорить буду.

Антон покосился на меня:

- Что скажешь, командир?

Я утвердительно кивнул:

- Ладно, давай. После такой работы можно и по маленькой, тем более, что завтра выходной. Посидим в моей беседке. Видишь, Фомич исповедоваться хочет..

Опять наступила тишина: шутка получилась не из лучших.

- Прости, дружище, съязвил неуместно, – поправился я.

- Ничего, – только и промолвил бригадир, сурово сдвинув брови..

Трудягу-ветерана слушали, не перебивая. Он излагал отчетливо, не спеша, вколачивая в каждое слово свой, особый смысл.

- Я ведь сызмальства в тайге. Сразу после войны, когда не стало матери, отец завербовался в Анучинский леспромхоз, трелевать лес лошадьми. Он раньше в колхозе конюхом работал. Ну, вот. А когда я подрос, стал и меня брать с собой на делянку, сучья рубить. В конце сороковых это было. Я тогда еле дотягивался топором до веток. Бревна на складах лежали толщиной в мой рост. В снег по грудь проваливался, замерзал шибко. Не мог дождаться, когда на обед позовут. Одна мечта была – чаем у костра отогреться..

Ничего, вытянулся, окреп, сам пошел на валку. Помню, как появились в бригаде первые бензопилы. Вот где облегчение наступило после « двухручек»! Так полвека и не расстаюсь то с «Дружбами»,, то с «Уралами», а нынче и с «Хускварной» в ладах. Благодарностей, грамот, наград всяких – с мешок наберется. А на душе тревожно как – то. На Доске Почета красовался не раз, пока не съездил по физиономии одному, больно ретивому зашибале – ком-мерсу. Это уж в девяностых приключилось. А чего церемониться? Представляете, в урожайный для кедрача год превысил расчетку (расчетная лесосека, обозначающая разрешенный ежегодно вырубаемый объем древесины. Прим. автора) в два с половиной раза. Он тогда кедровый кругляк караванами вывозил. Орех тоже был в цене. Получается, одним выстрелом двух зайцев убил. Благо, что нашлись умные законодатели, запретили под вырубку ценнейшую породу. Да что там он, я и сам не святой. Если собрать в один штабель все дерева, которые положил, у-у-у, небо с овчинку покажется! Конечно, лес заготавливать надо. Он, как известно, рубками прирастает, ежели правильный подход. Опять же, народное хозяйство, экономика регионов, и все такое прочее. Так и было раньше, но сегодня, когда сырьевая база истощилась до крайности, а при этом все производства нацелены на экспорт, пора бы и тормознуть.

Поберечь лес надобно. Не то, одни пеньки останутся вместо наших дубрав, пихтачей и ельников. Такими темпами, скоро в пустыне жить будем. Человек ведь думает, что только он один строит жизнь на Земле. Хозяин, царь природы. Сколько надо, столько и заграбастает. Н-е-ет!

Андрей Фомич приподнялся и, наклонив ветку ильма, нависшую над беседкой, указал на листок.

- Вот – истинный творец жизни! Именно в листочках находится чудодейственная лаборатория для созидания живого продукта. А человек, хоть это и звучит гордо,, как сказал классик, всего лишь нахлебник этой зеленой кухни. Так складывается, что люди должны поклониться растениям и за воздух, которым дышат. И этот продукт из того же цеха. Лес кормит зверей и птиц, укрывает их от разных невзгод, поддерживает полно-водность рек, защищает почву от размывов и много чего другого. А мы по нему топором, да еще гусеницами тракторов так придавим, что много лет и грибочка не сыщешь! Я уж про самоволки (незаконные рубки – прим. автора) молчу, хотя о них кричать надо во все горло. А в завершении всего еще и сожжем то, что не дорубили.

Мало того, многие «подкрученные» дельцы сводят целые массивы под особняки с фонтанами и гаражами для своих «Мерседесов».. Им что – пустырей мало? Теперь давайте подумаем, что человечество сделало полезного для леса? Чем помогло ему? Шиш с маслом! Все разговоры о том, что арендатор будет ухаживать за лесом, лелеять его, оберегать, восстанавливать – пустые враки. Каждый из них только о наживе и думает.

Не дав нам вставить и пару фраз, Фомич встал и изрек напоследок:

- Знаете, что самое обидное? То, что я сам принимал в этом чудовищном разрушении непосредственное участие. Сейчас чувствую вину перед лесом. Не передать, как гло-гжет совесть. Ладно, что рты открыли? Пора по домам. Завтра надо баньку истопить, а в понедельник рано выдвигаемся. Подготовительные работы разрешены, чего тянуть.

Он покрутил в заскорузлых пальцах пустой стакан и молча отправился восвояси.

… Как только первые лучи солнца стали пробиваться сквозь утренний туман, божественную тишину леса разорвал истеричный вой бензопилы. Уверенными движениями человек подхватил агрегат, без промедления вогнал шину в полуторавековую плоть дерева. Сделав запил, он привычно обошел ствол с обратной стороны. Затем, сжимая рукоять, наподдал с такой силой, что остро заточенные зубья разгоряченной цепи мгновенно врезались в древесину и, кроша каждую клеточку живой ткани, выбросили на пожухлый ковер травы огромную порцию темных, пряно пахнущих опилок.

Могучий дуб, символ выносливости и долголетия, был обречен на бесславную и унизительную гибель. Он всколыхнулся до самой макушки, с надрывом треснул упругими волокнами и, цепляясь за соседние деревья, гулко рухнул на землю, бережливо укрывая осыпавшиеся желуди.

Сергей Глупак, участковый лесничий, Шкотово

1



Комментарии

XHTML: Вы можете использовать html теги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>


Почтовый адрес редакции: 692802, Приморский край, г.Большой Камень, ул. Ленина, 13.